Новости КомандыКапитан «Спартака» Роман Зобнин поделился эмоциями от своего 300-го матча в составе московской команды и рассказал, что не считает себя «легендой» клуба в сравнении с игроками прошлых лет.
— Игра в Ростове-на-Дону стала для тебя юбилейной. Какие чувства тогда испытал?
— На самом деле в моменте даже забыл, что это трехсотый матч. И когда забивал, вообще об этом не думал. За день–два до встречи были мысли, но потом переключился, настраивался на игру. И только после финального свистка подошли корреспонденты, напомнили.
Какие были ощущения? Конечно, самые невероятные. Раньше я и подумать не мог, что подобное возможно. Я мечтал стать футболистом, играть на самом высоком уровне, но чтобы провести столько матчей за великий красно-белый клуб, стать его капитаном… За прошедшие почти десять лет я очень полюбил «Спартак», людей, которые его окружают, работников, болельщиков. Клуб стал для меня родным.
— Ты говорил, что легендой «Спартака» себя назвать не можешь. Почему?
— Само слово «легенда» люди могут понимать по-разному. И лично мне сложно сравнивать себя с великими спартаковцами прошлого. Такими как Симонян, Черенков. Или игроки из 90-х, чью игру я видел ребенком, — Аленичев, Титов, Тихонов. Вот они — точно легенды. Думаю, тут еще важен вклад человека в историю, количество завоеванных трофеев.
Но если говорить именно о современной команде, наверное, я стал заметной фигурой. При мне «Спартак» выиграл чемпионат и Кубок, серебро и дважды бронзу, я участвовал в Суперкубке, Лиге чемпионов и Лиге Европы.
— В чем выражается любовь к «Спартаку», о которой ты сказал?
— Когда говорят, что «Спартак» — особенный клуб и народная команда, это не пустые слова. Ценю то, как ко мне здесь относятся с самого первого дня. И внутри команды, и болельщики. И в минуты радости, и в сложные моменты. В ответ на это хорошее отношение всегда хочется отдавать максимум ради результата. Не понимаю, как может быть иначе.
— Ты переходил в «Спартак» не просто из другой команды, а из «Динамо» — принципиального соперника.
— Огромная благодарность клубу, который одобрил этот трансфер, и штабу Дмитрия Аленичева. Если бы не их интерес ко мне, не было бы всей этой многолетней истории. Звезды сошлись именно так. «Динамо» вылетело в первую лигу, а мне как молодому футболисту хотелось продолжать расти, играть на высоком уровне. Самым конкретным и интересным было предложение «Спартака». Оно поступило сразу после окончания сезона — даже в отпуск улететь не успел.
Понимал, что это вечные соперники, что будут недовольные, но внутренний голос подсказывал, что нужно согласиться. Как говорится, в «Спартак» два раза не зовут. Помню, на встрече с Аленичевым и Сергеем Родионовым меня впечатлило, что у них была специальная книжечка с подробным досье на меня. Понял, что во мне действительно заинтересованы.
— Перед началом нынешнего сезона ты назвал 300-й матч своей главной целью. А чего хочешь теперь?
— Для меня это был важный ориентир. Наверное, теперь в плане индивидуальных целей можно пока взять паузу. Главное — успешно провести концовку сезона с точки зрения командных задач. Мы продолжаем борьбу и за медали, и за Кубок. Трофей важнее любых персональных показателей.
— Как ты изменился за эти без малого десять лет?
— Я приходил в «Спартак» еще «зелененьким», не понимая, как в футболе все работает. Сейчас уже такой толстокожий, опытный боец, который в курсе, что и как устроено. А в плане «физики» не могу сказать, что сильно изменился.
— Егор Титов, который провел за «Спартак» 442 матча, не исключает, что ты его догонишь.
— Это еще лет пять надо провести? Посмотрим. (Улыбается.) Пока все мысли об этой весне. А дальше загадывать не будем, ведь факторов много: позволит ли здоровье, продлят ли со мной контракт.
— В первой части сезона ты, как правило, начинал матчи на скамейке запасных — и их счетчик обновлялся не так регулярно. В этом смысле твой нынешний статус постоянного игрока стартового состава — другой.
— Лично я был к этому готов всегда. Здесь вопрос только в доверии тренера и в моем состоянии. Чтобы не было травм, не мешали старые болячки. Я не считаю себя каким-то «старым» футболистом. По-прежнему заканчиваю беговые тесты в топ-3 лучших, так же выкладываюсь на тренировках. Был готов играть больше и год назад, и осенью.
— Как думаешь, на чем основано такое доверие Карседо?
— Зимой со мной продлили контракт, за что спасибо клубу. В тот момент я понял, что «Спартак» рассчитывает на меня не только как на игрока, но и как на связующее звено между командой и тренером.
Я капитан команды, поэтому с Хуаном Карлосом мы много разговаривали еще до сборов. В Дубае тоже постоянно вели диалоги. В том числе по поводу моего состояния и будущего. Обо всех командных вопросах. Что касается непосредственно игры, то через матчи набрал форму, почувствовал уверенность.
— При этом ты в основном действуешь на левом фланге. Не самая очевидная для тебя роль.
— При Станковиче пару раз выходил на замену слева. Здесь, наверное, мне помогает универсализм. Знаю, что делать и справа, и слева. И в атаке, и в обороне. Если у тебя есть только одна позиция, занятая игроком высокого уровня, который действует стабильно, то конкурировать объективно тяжело. А я могу пригодиться в разных ролях.
— Но от этого не возникает ощущения, что тобой словно закрывают проблемные зоны?
— Я всегда говорил, что для меня главное — играть. Сейчас мы нашли необходимый баланс в построениях, при атакующих действиях я выполняю один функционал, при обороне — совершенно другой. Какая разница, что это за позиция, если я приношу пользу команде?
— Чего ждешь от 301-го матча за «Спартак», в котором мы сыграем с «Ахматом» Станислава Черчесова?
— Станислава Саламовича я считаю своим футбольным отцом, который меня в «Динамо» начал привлекать, в сложный момент поддержал, а потом стал вызывать в сборную. Когда пересекаемся, тепло общаемся, вспоминаем общее прошлое. Сейчас его «Ахмат» — это чисто тренерская команда, которая вышла с Черчесовым на новый уровень. Нас ждет очень непростой матч.
— Какие мысли были у тебя до продления контракта? Ведь предыдущий истекал уже в этом году.
— Был готов ко всем вариантам развития событий. В том числе к завершению карьеры, если бы продления не случилось.
— То есть переход в другой клуб вообще не допускал?
— Именно так. Сейчас для меня есть только «Спартак». При этом за пределами футбола у меня все выстроено и готово к жизни после карьеры игрока. Мне будет чем заняться. И смысла переходить в другой клуб просто не вижу.
С другой стороны, сейчас, когда играю в каждом матче, получаю от футбола огромное удовольствие, настоящий кайф! Возможно, пока чаще оставался в запасе, это чувство немного притупилось. Честно выполнял свою работу, но подсознательно готовил себя к следующему этапу в жизни.
Но все перевернулось: тренер в меня верит, а я делаю все, чтобы приносить максимум пользы.
— Франсис Кахигао отметил в интервью, что переговоры с тобой были для него самыми простыми: никаких условий от агентов, долгих согласований. Просто короткий разговор за чашкой кофе.
— Я даже, по сути, не читал этот контракт. Полностью доверял «Спартаку». И мне было важно только то, что я нужен клубу. Причем, как я уже говорил, в роли связующего, авторитетного человека для коллектива.
Счастлив, что все сложилось именно так. Что регулярно играю, хотя в какой-то степени уже успел привыкнуть к другому статусу. И что организм в мои 32 года выдерживает такой график. Значит, ничего еще не потеряно.
— Давай вспомним твой первый сезон в «Спартаке», который сразу получился «золотым».
— Тогда произошла некая «химия», все друг друга очень хорошо понимали: игроки, тренерский штаб во главе с Массимо Каррерой. Был единый коллектив, сплоченный. И важно, что в команде было достаточно опытных ребят, таких как Таски, Боккетти, Глушаков, Комбаров, Ещенко, Ребров. Это тоже помогало. Сейчас тренер любит использовать слово mature. В переводе это значит «зрелый», но тут речь больше о командном стержне, крепкости. Такая команда знает, что делать на каждом отрезке матча, способна регулировать темп игры. Мне было легче адаптироваться в такой среде. Приходил я не как игрок старта, но обстоятельства сложились так, что стал сразу играть. Рядом профи высочайшего уровня, сам я молод и голоден до побед. При этом на фоне хороших результатов мы были полны положительных эмоций. Все что нужно для хорошего старта. Кроме того, мне тогда было проще в том плане, что я уже имел достаточно большой опыт игры за «Динамо» в РПЛ, в Лиге Европы.
— Кто в первую очередь помог тебе тогда стать своим?
— В «Спартаке» всегда был российский костяк. В нем могло быть разное количество игроков, но он обязательно был. Вот эти ребята меня и приняли. Теперь уже я сам выступаю в этой роли старшего для молодых.
— Почему та чемпионская команда довольно быстро распалась?
— В общих чертах все и так все знают. Возникли различные конфликты.
Быстро урегулировать их не получилось, и та самая «химия» исчезла. Жаль, потому что тот состав точно был способен выиграть больше трофеев.
— Следующие годы можно сравнить с чемпионским сезоном с точки зрения удовлетворения от игры команды и своей лично?
— Сразу вспоминается второе место в 2021 году. У нас был тогда молодой, обновленный состав; такой результат можно назвать успехом. А вообще, чем выше команда забиралась в турнирной таблице, тем лучше я сам проводил сезон.
— То есть на протяжении всех этих лет ты связываешь свою форму с состояниям команды?
— По-другому просто не может быть. Если команда занимает второе место, в ней все футболисты прогрессируют. Если 10-е, то и выделить некого. Не бывает, что команда проигрывает, а я в порядке, меня признают лучшим каждый матч, моя стоимость растет до небес и так далее.
— Какие из матчей вспоминаешь чаще всего?
— В основном это успешные дерби с ЦСКА: домашние 3:0 после чемпионского сезона, дубль Жиго, кубковая победа в меньшинстве в дополнительное время при Доменико Тедеско. В еврокубках особенно запомнился гостевой матч с «Лестером».
— А форму какого сезона можешь выделить?
— Конечно, выделятся черная. Понятно, что она не в наших классических цветах. Но есть в ней что-то брутальное, особенное, связанное с памятными матчами. Например, с игрой против «Легии» в Варшаве. А еще несколько лет назад был интересный вариант красной формы с черной окантовкой.
— Жалеешь о чем-либо за все эти годы в клубе?
— Конечно, ошибки были. Но такого, что сразу встает перед глазами, нет. Понятно, что после неудач тебя всегда ругают и хейтят. Я это принимаю. В большом клубе так и должно быть. Но ошибки в любом случае бывают. А жалею о том, что мог сыграть еще больше матчей: ведь у меня было немало травм.
— Ты упомянул Тедеско. Сразу понял, что это сильный специалист?
— Да, он был молод, но быстро показал себя как суперпсихолог, обученный тренер высокого уровня. Игроки четко понимали, что нужно делать на футбольном поле. Кстати, именно его принципы работы использую сейчас в своей академии. Буквально копировал их. Это касается организации игры команды в обороне и атаке. Работая с Доменико, понял, каким должен быть настоящий тренер в плане общения с игроками, подбора упражнений и прочего.
— Когда ты перечислял свои регалии, то сказал, что участвовал в Суперкубке, но не выигрывал его. Хотя тебя часто называют обладателем этого трофея.
— У меня есть медаль за победу в Суперкубке, но матч против «Локомотива» я пропускал из-за травмы. Довольно категоричен в таких вопросах. Если человек сидит весь сезон в запасе, выходит пару-тройку раз на замену в концовках, можно ли его потом называть полноценным чемпионом? Мне кажется, нет. Так же и у меня с Суперкубком.
— Когда ты пришел в «Спартак», капитаном был Глушаков. Потом ты стал вице-капитаном при Джикии. Ты что-нибудь перенял у них, когда сам получил повязку?
— У каждого человека свой характер. А капитанство раскрывает эти черты. Появляется больше ответственности за ребят, за «Спартак» в целом. На тебя смотрят, ты должен быть примером для команды, особенно для молодых. И в первое время, конечно, было сложно, потому что требовалось понять, как это все работает. Потихонечку влился в эту роль, начал жить этой ролью капитана: меньше стесняться, больше разговаривать в раздевалке, активнее вести коммуникацию с руководством, с тренерским штабом, вести больше бесед внутри команды. Перед играми несу ответственность за то, чтобы команда выходила заряженной, чтобы не было игроков, которые просто отбывают номер с точки зрения эмоций. Вот, например, в Ростове, считаю, недоработал. Но это был действительно сложный момент, ведь до этого мы провели большие матчи с «Локо» и «Зенитом». Головой ты понимаешь, что это не оправдание, что нужно найти в себе новые эмоции. Говорил об этом перед игрой… Но, к сожалению, победить не получилось.
— Когда играешь регулярно, проявлять себя как капитану проще?
— Конечно, сто процентов. Можешь сам показать пример, условно, пойти в подкат, проявить самоотдачу. В таком случае твои слова в раздевалке воспринимаются совсем иначе. И сам ты лучше чувствуешь игру.
— Как относишься к тому, что за тобой закрепился образ тихого, немногословного игрока?
— К разговору о том, что каждый человек — со своим характером. Я не буду специально показывать, какой я там капитан. Орать на футбольном поле, чтобы это попало в трансляцию. Считаю, играть капитана и быть им — разные вещи. Для меня не важно мнение людей со стороны. Мне важно, чтобы команда побеждала. Хочу быть капитаном именно в команде, а не для журналистов.
— Ты сказал про крики на поле. Как отнесся к ситуации, сложившейся между Умяровым и Солари в Санкт-Петербурге, когда Наиль высказал Пабло за желтую карточку?
— Нормально отнесся. Потому что знаю характер Солари. Наилю в данном случае спасибо за помощь как вице-капитану. И в целом могу сказать, что сейчас команда управляема. Я могу спокойно обсудить что-то с каждым из ребят, включая опытных иностранцев — Барко, Джику и других. Попросить их со своей стороны тоже помочь настроить команду, донести до всех, что предстоит важнейший отрезок. Очень важно, что нет каких-то безучастных групп.
— В «Спартаке» ты поиграл с внушительным количеством партнеров. Можешь назвать тройку тех, кого хотел бы вернуть в сегодняшнюю команду?
— Первый — Промес. Второй — Зе Луиш. Третий — Фернандо.
— Зе Луиш — не самый очевидный выбор.
— Это был по-настоящему командный игрок. Может, в качестве он кому-то уступал, но всегда до последнего старался помочь, цеплялся за мячи, выигрывал борьбу.
— Менялись не только твои партнеры, но и главные тренеры…
— От «Спартака» всегда требуют самых высоких результатов. И когда успеха нет, долго терпеть никто не готов. Это просто следствие популярности клуба. А второй фактор, над которым сейчас в клубе активно работают (я это вижу), — это долгосрочное планирование, построение крепкого фундамента в офисе, а Академии и так далее. Например, недавно произвело впечатление видео, на котором сотрудники офиса вместе смотрят серию пенальти против «Зенита», радуются победе. Вроде ничего особенного, но игрокам увидеть такое очень приятно!
— Как дела у твоей академии?
— Хочу довести проект до идеала, чтобы о нем все узнали. Это не просто академия, а глобальный центр футбола. Уже ввели в эксплуатацию манеж, сейчас открываем блок реабилитации. Ждем там всех футболистов, у которых есть проблемы любого характера.
Конечно, сейчас уделяю этому меньше времени, потому что стал больше играть. Но отношусь с полным пониманием, потому что «Спартак» в моей жизни на первом месте. Пока я в клубе, он всегда будет в приоритете.
— Какую главную мысль стараешься донести до своих воспитанников?
— Всегда должна быть мечта, к которой ты стремишься. Четкая цель. то же самое касается молодых ребят в «Спартаке». Они должны видеть перед собой пример — российских ребят, которые выходят на поле в составе первой команды. Мой совет: ставить конкретные цели и ни в коем случае не сворачивать с пути.
